Северо-Енисейский округ

✅ Из книги Н.В. Латкина "На Сибирских золотых приисках" (продолжение ч.6) Плавание по реке Пит И точно, дело было самое критическое. Длинный низменный каменный мыс справа, рассыпавшийся множеством огромных валунов, почти наискось перерезывал реку, оставляя узкий проход у левого берега, в свою очередь упиравшегося в реку огромными плитами серо-беловатого известкового сланца, а в самой середине реки, у самого фарватера, торчала полузаливаемая набегавшими волнами длинная известковая плита, оставлявшая узенький, не более 3-х, 4-х сажен проход между собою и левым береговым утёсом. Высокие волны, напиравшие на эту каменную гряду всей силой течения реки у левого берега, образовали обратное течение и водовороты, крутившиеся зловещими воронками. Плохо было бы нам, если бы мы не попали в узкий проход, ворота порога, а налетели бы на коварно выглядывающую из набегавших на неё волн плиту. Образовавшийся у каменьев в пороге бурун, бросавший нашу лодку как щепку из стороны в сторону, захлёстывал её своими пенистыми валами. Ещё одно мгновение — и лодка наша, черпнув изрядно носом воды, снова выпрямилась и юркнула в узкий проход и, быстро завернув вправо, в один миг миновала порог, который ревел и грохотал уже за нами. Также счастливо проскользнула за нами и вторая, большая, наша лодка. Ещё несколько минут быстро неслись мы по расширявшемуся тут ложу реки, мимо высоких, отвесно падающих в реку серых скал левого её берега, и затем выплыли на более спокойную воду, благополучно одолев единственное и несколько опасное препятствие в нашем плавании. — Молись Богу, ребята, славно проплыли порог! не хуже заправских остяков, — весело говорил зимовщик гребцам. — Ну, теперь и трубочки закурить можно, отдыхайте, теперь нас Пит сам понесёт до шивера. Рабочие перекрестились, положили вёсла в лодку, отерли струившийся с их лиц пот и принялись набивать махоркой свои коротенькие трубочки-носогрейки. — Теперь плыви хоть без весел, до самого Тихого плёса, а там опять придётся дюже грести, — стоит в нём вода словно в озере и не видно, как река течёт. Отдыхайте, отдыхайте, родимые, — одобрительно говорил зимовщик гребцам, усаживаясь поудобнее на носу лодки. — В Тихом-то плёсе опять придётся порадеть хозяину, чтоб засветло на Брянку приплыть да выспаться хорошенько, — продолжал зимовщик. — Ну, а как же вы обратно-то через порог пойдёте, с лодками? — спросил я нашего лоцмана. — Делать нечего, придётся помаяться, — отвечал он. — Лодку-то придётся тащить бичевой всем народом, да на одной-то бичеве не утащишь, придётся тащить двумя: больно уж он сердит в межень-то бывает, того и гляди бичеву порвёт, — отвечал зимовщик. — Да нам-то ещё с полгоря, лодка почитай пойдёт пустая, а вот когда к нам хлеб-то на зимовье доставляли, так мы кали горе лодочники. За весь-то день деньской едва-едва осиливали порог, так с зари до зари и маялись. Много горя принимали лодочники в этом Косом пороге! Настоящий он Косой порог. В весеннее половодье куда его легче проходить: почитай, всюду дороги, да и не заметно его, так только волнение небольшое, а каменьев-то и знать не знать, плыви где хочешь. Мы в Макс Дзен Телеграм Наш сайт